Петр Гуменник представил новую короткую программу: чем постановка Ше-Линн Бурн отличается от прежних
Петр Гуменник показал короткую программу, созданную канадским хореографом Ше-Линн Бурн. Постановка поставлена под композицию My Body Is a Cage в исполнении Питера Гэбриэла и заметно выделяется на фоне программ, которые фигурист исполнял в последние сезоны.
Сейчас Гуменник считается одним из лидеров мужского российского фигурного катания. В случае возвращения российских спортсменов на международные турниры к его выступлениям будет приковано повышенное внимание. Поэтому важны не только стабильность прыжков и техническая сложность, но и содержание программ, способное раскрыть самого спортсмена.
Новую короткую программу зрители увидели на традиционном мастер-классе в Игоре. Уже при первом просмотре стало очевидно: хореографическая работа получилась насыщенной и музыкальной. Движения выстроены с учетом акцентов композиции, переходы связаны с изменениями темпа, а элементы не существуют отдельно от постановки.
Однако пока Гуменник не во всех эпизодах выглядит полностью уверенно. Некоторые движения он выполняет недостаточно резко, отдельные жесты словно обрываются, а во второй половине программы возникает ощущение излишней суеты. Видно, что фигурист еще осваивает непривычную для себя манеру и пытается синхронизировать собственную пластику с замыслом хореографа.
Сам спортсмен признавал, что поначалу результат его не удовлетворил. Во время работы ему казалось, что он повторяет движения Бурн практически без потерь. Но после просмотра первой видеозаписи Гуменник заметил, что на льду ему не хватает четкости, контрастности и резкости. Тогда фигурист начал специально отрабатывать эти качества и только после нескольких прокатов почувствовал, что постановка начинает ему подходить.
> "Сначала казалось, что я делаю примерно то же, что и хореограф. Но на первом видео стало понятно: это не так. Не хватало четкости, резкости и контрастности. Я стал сознательно работать над этим, и после третьего или четвертого проката начал себе нравиться. Тогда понял, что программа получится хорошей", - рассказывал Гуменник.
Главная особенность постановки заключается в том, что она не навязывает спортсмену готовый образ. В предыдущие годы Гуменник чаще выступал в программах, связанных с конкретными литературными, кинематографическими или историческими сюжетами. Зрителю заранее было понятно, какого персонажа он видит и какую историю должен проследить.
Такой подход помогает быстро донести замысел, но одновременно ограничивает исполнителя. Фигуристу приходится следовать заранее заданной драматургии, демонстрировать знакомого героя и двигаться по определенной сюжетной линии. В результате на первый план выходит не сам спортсмен, а образ, который ему предложили воплотить.
После яркой короткой программы под Rammstein в 2023 году и выразительного образа Дориана Грея в произвольной композиции Гуменник постепенно перешел к более традиционному репертуару. В его программах появились "Дюна", "Онегин", "Парфюмер" и "Гамлет" - произведения с узнаваемой атмосферой и понятным драматургическим посылом.
Даже более символичная "Молитва", которую рассматривали для олимпийского сезона, в итоге уступила место проверенному варианту. Это сделало программы доступными для восприятия, но уменьшило пространство для личной интерпретации. Гуменник словно превращался в исполнителя роли, а не в автора собственного высказывания.
Новая короткая программа устроена иначе. По словам фигуриста, Ше-Линн Бурн отталкивалась от его реальных возможностей, предпочтений и музыкального вкуса. В результате хореограф не стала создавать чрезмерно экстравагантный номер, который выглядел бы чужеродно, но и не ограничилась привычным набором эффектных приемов.
Именно поэтому в постановке под My Body Is a Cage важен не сюжет, а состояние. Композиция позволяет говорить о внутренней несвободе, напряжении, сопротивлении и попытке вырваться из ограничений, однако не требует от спортсмена буквально изображать конкретного персонажа. Гуменник может не играть кого-то другого, а передавать собственные эмоции и характер.
Для фигуриста это серьезная возможность выйти из зоны привычного комфорта. Программы без четкой сюжетной основы сложнее исполнять: в них нельзя опереться только на костюм, мимику или узнаваемый образ. Смысл приходится создавать пластикой, качеством скольжения, паузами, направлением взгляда и точностью каждого движения.
Пока постановка выглядит скорее началом большого процесса, чем полностью готовым номером. Ее сильная сторона уже очевидна - сложная и продуманная хореография. Но Гуменнику еще предстоит сделать движения более естественными, убрать лишнюю торопливость и добиться ощущения, что он не догоняет музыку, а ведет ее за собой.
Особое значение будут иметь первые официальные старты. На тренировке спортсмен может позволить себе несколько раз прокатать программу и постепенно привыкнуть к непривычной пластике. На соревнованиях же потребуется сохранить выразительность после выполнения сложных элементов и не потерять характер во второй половине номера.
Важно и то, что новая постановка способна расширить представление о Гуменнике как о спортсмене. Его давно воспринимают не только как сильного прыгуна, но и как фигуриста с серьезным артистическим потенциалом. Однако потенциал раскрывается лишь тогда, когда программа дает возможность проявить личность, а не требует постоянно соответствовать заданному персонажу.
На этом фоне произвольная программа под "Гамлета" выглядит менее убедительно. Узнаваемая пьеса и знаменитый монолог уже задают зрителю готовую схему восприятия. Исполнителю остается подтвердить знакомые ожидания, тогда как короткая программа позволяет самому Гуменнику наполнить номер содержанием.
В этом и состоит ее главная ценность. Постановка Ше-Линн Бурн не пытается любой ценой впечатлить набором сложных жестов или театральной драматургией. Она дает фигуристу пространство для роста и постепенно подводит его к более самостоятельному образу.
Если Гуменник сможет сделать движения точнее, а переходы - органичнее, программа станет одной из самых индивидуальных в его репертуаре. В ней есть потенциал не просто для высокой оценки за компоненты, а для настоящего эмоционального контакта со зрителями.
Пока номер находится в стадии доработки, но уже заметно, что это шаг в правильном направлении. На льду появляется не очередной герой из известного произведения, а сам Петр Гуменник - со своей манерой, пластикой и внутренним напряжением. Именно это делает новую короткую программу особенно важной для его дальнейшего развития.